Теория

Анархисты – не левые и не правые

Михаил Магид

parlamentАнархизм, как заметил один бразильский современный анархист, “не является ни левым, ни правым, но направлен против всей системы” (такие взгляды разделяют почти все анархисты в Бразилии). Аналогично и в Греции большинство анархистов не считают себя левыми и придерживаются принципа: “Слева и справа начальники одинаковые!”. Характерно, что Греция и Бразилия – это именно те страны, где радикальное анархистское движение находилось на подъеме в последнее десятилетие.

Вся или почти вся история левых, вся их практика – враждебны анархистам. Цель левых – государство, централизованно управляющее людьми и экономикой. Их символы и ценности от Каутского, Ленина, Сталина, Троцкого или Мао, не имеют к идеям безначалия, трудового самоуправления и федерализма никакого отношения.

Левая идея – это централизм, управление чиновников. Анархизм выступает за превращение общества в конфедерацию местных общин и кооперативов, совместно планирующих социальную жизнь. Анархисты считают, что всякая группа людей – производственная, социально-культурная или национальная, вправе решать, как им жить, на каком языке разговаривать, каких ценностей придерживаться и какие вещи производить.

Левые за то, чтобы обществом в целом и производством в частности управляли “правильные чиновники” из их партии. Анархисты поддерживают принцип безначалия. Это означает, что всей общественной жизнью люди управляют коллективно, а выбранные для контроля за текущей работой (работой предприятия, местной общины, политического коллектива и т.д.) советы строго контролируются регулярными собраниями коллективов. Это означает нежелание смиряться перед начальниками, невозможность делать это для свободного человека. Иначе общественная борьба лишена всякого смысла с точки зрения анархистов. По их мнению, наличие никак не контролируемого коллективом самовластного начальника означает для большинства бесконечное унижение.

Анархисты не отвергают работу идейных групп, но считают, что их цель в том, чтобы служить инициатором общественной борьбы и примером действия, тогда как управлять собой люди могут и должны сами.

Левые помешаны на борьбе с правыми – националистами и либералами (хотя левые могут и заключать союзы с этими силами). Анархистам не нравятся ни те, ни другие, ни третьи, так как все они выступают за то, чтобы контролировать большинство.

***

Понятия “левые” и “правые” происходят из XVIII столетия. В Генеральных штатах – парламенте, созванном во Франции в 1789 г., простолюдины сидели слева от короля, а дворяне-аристократы занимали более почетные места справа. Связано это было с тем, что левая рука считалась слабее правой, менее важной, соответственно простолюдины считались ниже дворян. Кроме того, на заседаниях Национального собрания времен Французской революции стало обычаем, что депутаты – радикалы и сторонники равенства, занимали левую сторону зала, если смотреть с места председательствующего. С тех пор повелось называть политические движения, выступающие за реформы, прогресс и в поддержку прав народных низов “левыми”, а их оппонентов-консерваторов “правыми”, поскольку они “стремились сохранить существующий порядок”.

В наше время эти понятия полностью утратили смысл. Никто сегодня не выступает за сохранение прежних порядков неизменными, кроме, разве что, правящих партий в странах с диктаторскими режимами. Большинство партий выступают за те или иные политические и хозяйственные реформы, в том числе те, кого зовут правыми. Причем, сегодня правые – это очень разные течения – и либералы, и националисты. Левыми иногда называют и анархистов (сторонников самоуправления и конфедерализма) и большевиков и с-д (сторонников государственного контроля над экономикой.

В реальности между всеми этими силами нет ничего общего. В XXI столетии деление на левых и правых полностью утратило смысл.