Общая аналитика

Большая война на Ближнем Востоке: кто воюет, с кем и почему?

map-near-eastВойна идет в Сирии, Турции, Ираке и Йемене. Есть и другие зоны конфликтов на территории Ливана, Египта, Ирана. Но они сравнительно малозначительны и выходят за рамки нашего рассказа. Фактически, Ближний Восток охвачен религиозной войной между двумя течениями ислама: шиитами и суннитами. Но смысл и значение войны к этому не сводится. Война так же имеет политические, этнические (национальные) и экономические причины.

Йемен

Саудиты (Саудовская Аравия, СА) ведут войну в Йемене с местными шиитами, с племенами хуситов, которых поддерживает Иран и которые контролируют значительную часть территорию Йемена (там около 10 миллионов шиитов, 40% населения). Саудовская Аравия, где у власти находятся сунни, не хочет расширения влияния хуситов и рассматривает это как форму иранской агрессии на своих южных границах. Это правда, поскольку Иран помогает хуситам и снабжает их оружием. Война неудачна для СА. Хотя они смогли занять ряд территорий в Йемене, они продолжают нести тяжелые потери от действий партизан-хуситов.

Сирия

В Сирии с правительством Асада воюют повстанцы (на сей раз сунни), которым помогают саудовцы. Повстанцы ведут войну против про-иранского режима шиитского меньшинства – секты алавитов, т.е. против режима Асада. В Сирии шиитская секта алавитов составляет всего 10% населения, но именно из ее представителей состоит верхушка режима Асада. Здесь Иран, наоборот, помогает правительству, отправляя ему оружие и спецподразделения Сепах (стражи исламской революции), кроме того, Асаду оказывает громадную помощь шиитская про-иранская фундаменталистская организация Хизбалла, которая находится так же на содержании Ирана и основные базы которой в Ливане. В Сирии большинство населения составляют сунниты (прежде всего, арабы).

Суннитские повстанцы раздроблены на отдельные группировки. Однако, на севере Сирии большинство из них в настоящий момент входит в т.н. Коалицию Завоевания. Ядром этой коалиции являются две наиболее крупные и наиболее радикальные группы религиозных ультраконсерваторов сунни – Ан-Нусра (к ее ужасу, запрещена в России) и Ахрар-аш-Шам. Это – религиозные секты со своими духовными лидерами. Их цель – взятие власти в Сирии и установление в ней законов Шариата. Никаких других программ (экономических, социальных и т.д.) у них нет, их интересуют только эти вещи.

Ирак

В Ираке абсолютное большинство населения составляют арабы-шииты. Местное правительство в Багдаде состоит из шиитских партий. Но оно не контролирует всю территорию страны. Часть территории Ирака находится под контролем ИГИЛ (Исламское государство Ирака и Леванта). Это районы, населенные суннитским меньшинством. Они долгое время бунтовали против шиитского правительства, возглавляемого аль-Малики.

Одна из причин конфликта в том, что основные запасы нефти в Ираке находятся на шиитском Юге и правительство мало делилось нефтяными доходами с суннитами. Кроме того, суннитам не нравилось, что ими управляет шиитское правительство. В настоящее время это шиитское правительство ведет вооруженную борьбу с ИГИЛ.

Кроме того, часть Ирака (северо-восток) контролируется курдским правительством, которое де-факто не подчиняется Багдаду и имеет собственные вооруженные силы. О нем и об ИГИЛ ниже.

ИГИЛ

Отдельную силу, которая в целом независима от региональных держав, представляет собой ИГИЛ, с которым ведут бои вообще все. ИГИЛ – это, по сути дела, самостоятельная суннитская религиозная секта. Но это так же независимое государство, со своей бюрократией (из бывших чиновников режимов Саддама Хусейна), налогами, социальной политикой, нефтяными скважинами и вооруженными силами. ИГИЛ контролирует значительную часть территорий Сирии и Ирака, населенных мусульманами-сунни.

Вооруженные силы ИГИЛ (тоже запрещенного, к его полнейшему ужасу, на территории России) – это 30-50 тысячная армия, которая основана на соединении партизанско-диверсионной тактики муджахедов с централизованным планированием и координацией, которую осуществляют бывшие офицеры армии бывшего иракского диктатора Саддама Хусейна. Около половины руководителей ИГИЛ – профессиональные военные и офицеры разведки Саддама.

Появление ИГИЛ не устраивает всех игроков в регионе и с ним воюют все. И шиитское правительство Ирака (в Ираке большинство населения, 65%, шииты и именно их представители находятся у власти) и шиитское правительство Сирии, и суннитские повстанцы Сирии.

Дело в том, что ИГИЛ заявляет о себе, как о “халифате” – священном государстве всех мусульман, которому , соответственно должны подчиняться (по его мнению) все мусульмане на планете. ИГИЛ занимает большую территорию в Ираке и Сирии, где проживает 5-7 миллионов человек, где имеются нефтяные скважины и различные промышленные и торговые предприятия, которые платят халифатчикам налоги. Однако, 44% доходов ИГИЛ – это захваты собственности “неверных” , “еретиков” и противников системы.

ИГИЛ выступает за физическое уничтожение всех шиитов, заявляя, что “если они не перейдут в его веру, их всех надо будет убить” (в регионе свыше 150 миллионов шиитов). Таким образом, действия ИГИЛ угрожают жизни значительной части населения региона. ИГИЛ претендует на все земли, где живут и когда-либо жили мусульмане.

ИГИЛ практикует рабство и работорговлю. В политическом плане он представляет собой абсолютную монархию. ИГИЛ осуществляет исполнение законов Шариата, в том виде, как их понимают его “духовные лидеры”.

У ИГИЛ собственные источники финансирования (налоги, захваты собственности) и он ни от кого не зависит, а оружие покупает на черном рынке. В регионе много оружия, которое можно так купить. Коме того, ИГИЛ использует гигантские запасы оружия иракской армии, захваченные в 2014 г.

На всякий случай еще раз поясним – сирийская оппозиция, значительная часть которой – исламистские религиозные секты, также воюет с ИГИЛ, так как не собирается подчиняться ему и сама претендует на власть в Сирии.

Курды

Отдельную силу представляют собой курдские государственные образования : на территории Сирии (Рожава – Федерация Северной Сирии) и Ирака (Курдская Автономия). Формально никто не провозглашает там государственность (прежде всего потому, что никто ее не признает в современном мире), но, фактически, “федерализация” Сирии и Ирака привела к появлению там самостоятельных этнических курдских государств. Эти два курдских государства имеют собственные правительства, бюрократию, вооруженные силы, парламенты.

Два курдских правительства не дружат между собой и даже, фактически, противостоят друг другу. Дело в том, что Рожава в Сирии находится под контролем РПК (Рабочая партия Курдистана, сторонники идей Абдуллы Оджалана, оджаланисты), которые составляют основу командования вооруженных сил Рожавы (50 тысячная милиция\ополчение YPG). Режим в Иракском Курдистане находится под контролем правительства в иракском городе Эрбиль, – это правительство ДПК (Демократическая партия Курдистана, сторонники Барзани). Он располагает 100 тысячной армией (пешмерга). Однако режим в Иракском Курдистане не однороден и там есть районы, которые контролирутся другими курдскими группировками.

Иракский Курдистан – является обычным капиталистическим государством. Что до Рожавы, Сирийского Курдистана, то анархисты на Западе одно время почему-то считали режим РПК в Рожаве анархистским или либертарно-социалистическим, то есть основанным на отношениях прямой трудовой демократии. Это не верно и сейчас до них постепенно доходит, что это не соответствует действительности.

DYP – правящая партия в Рожаве (ответвление РПК), не провозглашает своей целью строй прямой трудовой демократии, отвергает классовую борьбу, не выступает против наемного труда, поддерживает частную собственность. Ее целью официально является светское демократическое государство. Рожава обладает либеральной конституцией, где все это указано.

В то же время, РПК поддерживает в Рожаве развитие экономики трудового самоуправления (кооперативы) и местную прямую демократию жителей, способную решать вопросы устройства жизни на местах. Это теоретически может стать основой для будущей социальной революции. Но пока такой социальной революции в Рожаве нет, хотя есть влиятельное местное самоуправление. Местные кооперативы и институты прямой районной демократии (TEV-DEM) подчиняются обычному правительству, а так же военному командованию курдского ополчения, которое находится под контролем РПК. Все командиры курдского ополчения – члены РПК.

Правительство Рожавы почти не собирает налоги, а существует за счет контроля над добычей нефти и ее продажей. 70% средств правительства используются для финансирования вооруженного ополчения.

Рожава и Иракский Курдистан не дружат между собой, но иногда проводят вместе операции против ИГИЛ, поскольку ИГИЛ претендует на их земли.

Иракское и сирийское правительства курдов, РПК и ДПК, являются главными союзниками США в регионе. Они получают военную помощь от США и стран НАТО и так же воздушное прикрытие во время операций против ИГИЛ. Это связано прежде всего с тем, что они ведут военные действия против ИГИЛ. (Западные левые, обычно выступающие против “американского империализма”, одновременно поддерживают сегодня курдов Рожавы и предпочитают в большинстве случаев не замечать это обстоятельство).

Курды Ирака контролируют крупные запасы нефти. Под контролем руководства Рожавы так же находится определенное, но значительно меньшее количество месторождений нефти. На эту нефть претендуют их оппоненты – ИГИЛ, Асад, сирийская оппозиция.

Отношения Рожавы и Асада противоречивы. Иногда это – вооруженный нейтралитет, но с другой стороны между сторонами периодически происходят военные действия.

Турция

Турция активно вмешивается в вооруженные действия в Сирии. Она поддерживает суннитскую оппозицию против Асада. Цель суннитской Турции – ослаблении в Сирии влияния соперничающего с ней Ирана (который финансирует шиитов-алавитов Асада) и установление дружественного Турции суннитского режима. Другая цель Турции – ослабление курдского государства в Рожаве и борьба с ним.

Курды составляют от трети до четверти населения Труции (20-25 млн) и претендуют на национальную автономию в этой стране. В Турции их права подавляются: нет местной автономии, нет государственных школ на курдском языке. Избранных курдами мэров городов власти смещают с их постов, арестовывают и назначают на их место чиновников, связанных с правительством Эрдогана.

Турецкие курды в этно-культурном и политическом плане близки к сирийским курдам, а не к иракским. РПК, которая контролирует Рожаву на севере Сирии, одновременно ведет в Турции боевые действия против правительства Эрдогана. Т.е., в Турции так же идет тяжелая гражданская война между правительством этой страны и партизанами РПК.

Поэтому режим президента Турции Эрдогана обеспокоен созданием фактически государства РПК на территории Сирии прямо на своих границах, сдерживает его и нападает на него (хотя на крупную операцию против сирийских курдов пока не решился).

Недавно Турция ввела свои войска на территорию северной Сирии, оккупировала там большие районы, оттеснила курдов. Это было сделано по двум причинам.

Во-первых, Эрдоган стремится ослабить курдов и не допустить соединения их анклавов на севере Сирии в один сплошной бастион РПК на своих границах. Во-вторых, Турция помогает укрепиться на севере сирийской суннитской оппозиции, с тем, чтобы оппозиция смогла со временем усилиться настолько, чтобы ударить на Алеппо – главный центр сражений между повстанцами и Асадом. Битва за Алеппо – крупнейший промышленный и транспортный узел на севере Сирии, может сыграть ключевую роль в том, что касается исхода гражданской войны в Сирии.

Шиитский полумесяц против суннитской звезды

То, что происходит на Ближнем Востоке, в Сирии, Ираке и Йемене – это религиозная шиитско-суннитская война и, одновременно, война государств за контроль над регионом и его ресурсами.

Иран, иракское шиитское правительство Аль-Малики в Багдаде (впрочем, скорее про-американское, чем про-иранское), Асад в Дамаске, шиитская Хезболла в Ливане и хуситы в Йемене образуют шиитский полумесяц. Ему противостоит суннитская звезда, арабские суннитские государства – Саудовская Аравия, Катар, ОАЭ, Кувейт, Иордания; так же, шиитам противостоит суннитская (преимущественно) Турция.

По сути происходящее похоже на 30-летнюю войну в Европе в 17-ом столетии, в которой тесно переплелись религиозные противоречия, политические и экономические интересы.

Международная коалиция во главе с США

Существует несколько международных коалиций, действующих в Сирии и Ираке. Формально все они созданы для борьбы с ИГИЛ. В действительности, они преследуют не только эту, но и ряд других целей. Самую мощную коалицию возглавляют США и НАТО. Они ведут борьбу против ИГИЛ, который рассматривают как крупнейшего противника на Ближнем Востоке, как сектантскую террористическую угрозу Западу.

Кроме того, США заинтересованы в ослаблении Ирана и его сторонников (фактически шиитской коалиции – хуситов, Асада, ливанской Хизбаллы) и в усилении дружественной Америке Саудовской Аравии.

Наконец, США заинтересованы в усилении курдов. Причины этого следующие. Курды проживают, главным образом, на территории четырех стран: Сирии (3 млн), Ирака (6 млн), Ирана (10 млн) и Турции (20-25 млн). Создание большого Курдистана (в любом виде) ослабляет претензии на руководящую роль в регионе этих держав, претендующих на нее – Сирии, Ирака, Ирана, Турции. А это выгодно американцам, так как если регион будет состоять из слабых государств, регион легче всего будет контролировать. Кроме того, все курдские организации – проамериканские.

В то же время, американцы делают ставку не только на курдов и не ставят непосредственной целью создание единого Курдистана. Они скорее рассматривают курдов как рычаг политического воздействия на все еще дружественную США но слишком независимую Турцию (ибо американцам не нравятся амбиции усилившейся Турции, ее претензии на контроль над регионом). Кроме того, недавно произошло смягчение отношений американцев с Ираном.

Возможно, в идеале американцы хотели бы, чтобы на Ближнем Востоке было множество слабых соперничающих друг с другом государств. В этом случае США могли бы успешно выступать в роли арбитра и контролировать регион.

Россия

Россия вмешалась в этот конфликт на стороне Асада и в составе коалиции шиитов. Прежде всего, она это делает по внутренним причинам. Для нее главное – сохранить военно-патриотическую основу пропаганды, эффективно воздействующей на собственное население в условиях тяжелого экономического кризиса. Но есть и другие факторы.

Режим Асада является традиционным союзником России. Кроме того, вступив в сирийскую войну на стороне Асада, Россия получает возможность влиять на позицию стран НАТО и американцев, вовлеченных в сирийскую войну.

Но есть и большая опасность для России, связанная с новым ухудшением отношений и с Западом и с Турцией. Ведь Запад и Турция выступают против режима Асада, который поддерживает Россия.

Существует так же угроза втягивания в войну с перспективой второго Афганистана. Этой угрозы руководство РФ стремится всеми силами избежать, ограничиваясь нанесением воздушных ударов по противникам Асада, прежде всего, по силам сирийских повстанцев в Алеппо.

Международное сообщество заговорило о “гуманитарной катастрофе” в Алеппо и угрожает России новыми санкциями, теперь уже за Алеппо.

Источник