Новости

Чехия: анархисты оправданы


Полицейская химера под названием “Fénix” – это много обвинений во многих преступлениях, от пропаганды терроризма к подготовке террористических акций. И именно о них была речь в Городском суде 22 сентября в Праге. Суд оправдал всех подсудимых по всем статьям в деле “Fénix 1”. На скамье подсудимых сидели анархисты, трое обвинённых в подготовке террористической атаки на поезд с военной техникой NATO, и ещё два анархиста были там потому, что о планах знали, но не помешали им. Трое из пятёрки позже были обвинены в подготовке атаки Молотовыми на полицейские машины во время выселения сквота “Cibulka”. Короче, пять человек и три разных уголовных преступления, которые подсудимые должны были совершить, по мнению внедрённых полицейских агентов (речь идёт всё ещё о “Фениксе 1”, потому что некоторые из этих людей были обвинены по другим статьям по делу “Феникса 2”)

В группе, в рамках которой организовывались обвинённые, внедрились два полицейских агента. Эти два мента активно подготавливали обе атаки и, по большей части, являлись их главными инициаторами. Суд не назвал их действия провокацией, однако лишь по причине того, что “потерялись” материалы, которые бы могли доказать факт провокации. Именно недостача доказательств была главной причиной оправдательного решения суда. Судья отметила множество неясностей в работе агентов, цитата: “Причиной того, почему суд решил так, как решил, является факт того, что в процессе оценки доказательств у суда появились большие сомнения насчёт объясненности действий полиции в некоторых отрезках времени: до того, как было заведено уголовное дело, и когда внедрение агентов ещё не было законным.” Судья несколько раз упомянула, что полиция действовала несколько месяцев без разрешения (которое было выдано задним числом), а потом, когда защита ходотайствовала о добавлении материалов о том, чем занимались агенты в то время, у полиции их не оказалось: „Суду не были предоставлены вообще никакие материалы со слежек”, отметила судья. И добавила: “Защита пыталась получить эти материалы, так как они должны существовать, раз на деятельность агентов были выданы определённые разрешения. Ничего этого в материалах дела просто нет.” По словам полицейских, материалов по первым месяцам внедрения либо нет, либо они непригодны.

А вообще, есть несколько толстенных папок с материалами дела, которые имеются в наличии и которые можно использовать. Прежде всего, как доказательство того, что тайные агенты, внедрения и фабрикация дел не являются пережитком прошлого. Наконец, показательным завершением суда стал момент, когда судья подняла одну 400-страничную папку над головой, в которой находятся вся перепись прослушки мобильных телефонов, и заявила, что как доказательство с этих переписей нельзя использовать вообще ничто, и отложила его.

Решение не вступило в силу, потому что прокурор Пазоурек подумал, что ещё достаточно не попортил людям кровь и сразу же подал апелляцию. Как бывший мент, Пазоурек верит, что полиция действовала в соответствии с законом, и надеется, что в судебной инстанции уровнем выше с ним согласятся. Очевидно, он посвятит себя упорному поиску чего-нибудь, что можно использовать против обвинённых. Ну а мы будем надеяться, что этому охотнику на анархистов (запросившему 12 лет тюрьмы для обвинённых) и обвинителю Лукаша Борла и других наших близких, его доказательства, которые не доказательства, не пройдут и в следующих заседаниях.

Министр чешского МВД Йозеф Хованец, в отличие от прокурора, подождать следующей судебной инстанции не может. Выборы уже стучатся в дверь, и, как политику, Хованцу надо показать себя как справедливого человека и народолюбца. И вот вдруг, после трёх лет “Феникса” он заметил, что в полицейской операции что-то не клеится, и после суда быстро настрочил в Твиттере несколько комментариев, при написании которых обратился за помощью к 19. столетию: “Если будет доказано, что всё это была полицейская провокация, я буду требовать скурпулёзного расследования всех обстоятельств и наказания виновных. Полиция демократического государства, и тем более так называемые элитные подразделения, не могут самовольно ломать людям жизни, какими бы не были их политические убеждения. Я надеюсь, что времена процесса Омладины остались в прошлом” (“дело Омладины” – судебный процесс, проходивший в годах 1893-1984, в рамках которого некоторые политические активисты и бунтари были осуждены за уличные беспорядки в Праге и принадлежность к несуществующей организации, которая оказалась плодом комбинации полицейского вымысла и спутанных показаний).

Жаль, что министр МВД не слышал, как следовательница Палфилова заявила Мартину Игначаку, когда тот был под стражей и знакомился с материалами дела в камере для посетителей: “Мы можем всё!” Замешан ли сам министр в репрессиях против анархистов, или нет – этого мы скорее всего не узнаем ещё очень долго. Понятно одно: если бы 22 сентября суд посадил пятёрку в тюрьму на долгие годы, то господин министр ещё долго бы бил себя пяткой в грудь, какую же замечательную работу сделали полицейские. Но в нашем случае, он наоборот потенциально сваливает вину на нескольких функционеров, которые превысили полномочия (в остальном, по его мнению, легитимные) и, как полицейские (в остальном, отличные и всем полезные), допустили ошибку.

Недостаточность доказательств побеждает

Для многих из нас решение суда было облегчением. Как и глаза с наших товарищей, которые могли отправиться сидеть на долгие годы, наши глаза были на мокром месте. Мы можем облегченно выдохнуть, встретиться с нашими самыми близкими людьми за ужином и отпраздновать осенне равноденствие объятиями с нашими друзьями вне тюремных стен. Такие моменты в жизни важны, и это хорошо, что мы умеем ими насладиться.

Тюрьма – это никчёмный общественный институт, который разделяет и изолирует людей, разбивает отношения и ломает жизни. Как раз поэтому оправдание по делу “Феникса”, которое конечно лучше, чем вердикт “виновен”, никакой победой не являтся. При всей радости и взаимном уважении, мы не забываем, какими были три года “недостачи доказательств”. Алеш, Мартин и Пётр в целом отсидели 27 месяцев, плюс Лукаш, который находился в плену тюремщиков в течении 7 месяцев, а перед этим – год в подполье, из-за невыносимого контроля и слежки за ним и его близкими. Мы не забываем и о Игоре, который, в настоящее время будучи признан полностью невинным, пробыв 3 месяца под стражей строгого режима, и в течении полутора лет ходил отмечаться в службу административного присмотра, получив более 120 запретов посещения тех или иных анархистских мероприятий, теперь находится под угозой депортации, которая является прямым результатом полицейских репрессий.

Семьи и близкие обвиняемых, как и сами обвиняемые, находятся под сильным эмоциональным давлением и переживают разлуку с теми, кто им дорог. Полиция ворвалась во множество квартир анархистов и анархисток, и постоянно вызывает людей на допросы. В рамках своей тактики, полиция прибегла к запугиванию, похищала и отвозила в лес, угрожала партнёркам и родителям подозреваемых. Перечисление всего, что нам сделали различные репрессивные подразделения (хотя бы только за последние три года, и только в рамках т.н. антиавторитарного движения на территории ЧР), было бы слишком долгим и пугающим. Очевидно, что нам нечего праздновать. Задача уничтожить “LEX” (полицейское сокращение про “левые экстремисты”) всё ещё в игре, надо лишь придумать план получше и найти новые фигурки.

В таких случаях, как с “Фениксом”, необходимо задуматься, в чём собственно дело. С самого начала мы говорили, что первоочередная задача полиции – не внушительные тюремные сроки для анархистов и анархисток. Репрессивный аппарат не боятся нас как таковых, не боятся Мартина, Петра, Саши, Алеша, Катарины, Павлы, Игоря, Лукаша и остальных обвинённых. Что их по-настоящему пугает, так это то, что нашими идеями начало проникаться всё больше и больше людей, и, что ещё хуже, начали бы использовать бесконечное разнообразие тактик. Удержать людей в убеждении, что это и есть та свобода, о которой они мечтали, стоит защитникам статуса кво огромного количества энергии, сил и ресурсов. Антиавторитарные и анархистские идеи, которые утверждают, что мы можем проживать свою жизнь более искренне, чем нам может позволить неолиберализм, и что для этого нам не нужны государства и политики, могут нарушить этот потребительско-избирательский транс. Репрессии, в этом случае, являются идеальным инструментом для того, чтобы подавить наши идеи; дискредитировать нас в ищущих сенсаций медиа с помощью мутного термина “терроризм”, запугать нас тюремным заключением, с помощью страха разделить движение на “радикальных” и “ненасильственных”, и настроить нас друг против друга. Парализовать нас паранойей.

Перед нами встаёт вопрос: в чём прошедшие репрессии были успешны, и в чём мы можем стать лучше и сильнее? Как не попасть в поначалу невидимые ловушки, и как ломать стены в своих головах? Стены между нами самими, между нами и остальными людьми. Как ломать стены, и делать из них мосты? Как преодолеть страх, стоять за своё и уважать друг друга? И как не поддаться желанию выиграть в чужой игре, которая отдаляет нас от действительно важных вещей и деятельности?

“Феникс” стал важным событием в жизни многих из нас. На его примере мы можем многому научиться; использовать его для улучшения понимания структур угнетения и понимания между собой, так же, как и для солидарного критического анализа собственных ошибок.

Мы не хотим создать впечатление, что у нас есть ответы на поставленные здесь вопросы. Однако, кое-чему мы научились: если мы хотим, чтобы наши деятельность и организованность были действенными и опасными для структур угнетения, которые держат нас в позиции стагнации и загнанности, то нам неоходимо исходить из коллективной дискуссии и действовать за границами песочницы, которая нам была отведена. Мы научились, что от репрессий не стоит бежать и прятаться от них; к ним стоит готовиться, и создавать в нашем движении такие взаимные связи и культуру, против которых репрессии, подобные “Фениксу”, будут совершенно неэффективны.

Пока сначала людей закрывают в тюрьме, а потом решают, правильно ли это, или нет, нам есть против чего бороться. Делать это с точностью наоборот не является решением проблемы; решение проблемы – представить себе мир по-другому. “Феникс” – это операция, которая была нацелена не на группу “наивных анархистов”, а на будущее субверсии и подрывной деятельности против государства и тюрем. Также, “Феникс” является примером полицейской провокации и работы полицейских агентов, в существование которых многие люди в демократии, как в политической системе, не верят.

Не дай себя поймать!

С солидарностью, Анархистский Чёрный Крест, осеннее равноденствие 2017

“В моей системе ценностей стоят жизнь, справедливость, свобода и равенство. Эти ценности вряд ли поймёт тот, кто фабрикует дела и пытается сажать людей в тюрьму. Я готов принять какой угодно вердикт с высоко поднятой головой. Вердикт, который изменит мою, и не только мою жизнь,” – конец заключительной речи Мартина Игначака.

источник