Социально-революционные движения

Движение ассамблей в Греции

Мы перепечатываем перевод интервью с участником движения народных ассамблей в Афинах, впервые опубликованное в 2013 г. Этот материал позволяет судить о формах и масштабах самоорганизации трудящихся страны в борьбе с капитализмом.

Вопрос: Каково происхождение движения ассамблей жителей?

Ответ: Я должен отметить, что движение очень разное; оно прошло через различные этапы и поэтому может быть описано тысячью разных способов. Идея районных ассамблей массово распространилась после декабря 2008 г. Смерть Алексиса (Григоропулоса) и последовавшие за ней недели бунтов, столкновений и захватов, как и кислотная атака на работницу Константину Куневу, шокировали общество. Общая характеристика этого восстания – с одной стороны, отсутствие каких-либо требований или просьб о реформах, и, с другой стороны – аспект децентрализации во всех районах Афин и, сразу же после этого, в стране в целом.

После декабря 2008-го динамика акций и столкновений в городских центрах достигла своего предела и сместилась в кварталы. Идея с ассамблеями поначалу заключалась в том, чтобы получить место для встреч, не имея какой-либо конкретики кроме воли к участию в коллективных вопросах. Это был путь продолжить отношения, возникшие в ходе восстания. Многие ассамблеи были созданы в это время, но только четыре из них продолжили функционировать непрерывно. Остальные были вновь созданы, когда социальное движение снова вспыхнуло, как это случилось в 2011 году, когда в Афинах было около сорока ассамблей.

Вопрос: Что вы можете сказать нам об ассамблее в вашем районе?

Ответ: Ассамблея VKP (Vyronas, Kaisariani, Pangrati) была создана в районах, имеющих долгую историю народных восстаний: один из них был красным районом во время Сопротивления, районом, в котором нацисты никогда не могли одержать победу. С течением лет эта традиция была прервана – как в результате обуржуазивания населения, так и из-за того, что государство построило там казармы вооруженных полицейских. Сегодня эти три квартала имеют разнообразное население, но в целом они являются довольно зажиточными. Ассамблеи в VKP были и до 2008 г., созданные в ходе борьбы за общественное пространство.

Первая из них была сформирована при выступлениях против проекта по строительству театра в центре парка. Кроме брусчатки и цемента (а ведь Афины входят в число европейских городов с наименьшим количеством зеленых насаждений) это означало, что театр будет сдаваться в аренду частным компаниям, которые будут поднимать цены на билеты выше крыши. Благодаря этой мобилизации, проект был отменен, и ассамблея продолжила существовать, и даже до сих пор существует, организуя мероприятия для детей, баскетбольные турниры и свободное кафе в парке в первое воскресенье каждого месяца. Очень активно участвует в жизни района, распространяя боевую пропаганду в школах, организовывая открытые фестивали с участием иммигрантов, а также участвуя в акциях солидарности с людьми, арестованными на демонстрациях во время всеобщих забастовок.

Также много людей привлекла борьба против проекта строительства тоннеля и шоссе, который бы разрушил часть горы Имитос, одни из последних зеленых насаждений в городе, расположенные к востоку от центра. Было много демонстраций в непосредственной близости от горы, блокад объездных путей и других акций, в результате чего проект забросили. Для людей из VKP этот опыт стал как отправная точка. Позже, во время декабрьского восстания 2008 года, они заняли муниципальный молодежный центр на несколько дней, и быстро созвали собрание. После недельных ассамблей в трех районах, люди решили арендовать это место для встреч. В то время в ассамблеях участвовало около 30 человек, и это число остается более или менее стабильным до сих пор.

Вопрос: Какого рода акции вы организуете?

Ответ: Мы участвуем в двух видах деятельности: с одной стороны, мы защищаем себя от атак системы и, с другой стороны, разрабатываем проекты и образ жизни, которые кажутся подходящими для нас. Например, в 2010 году была первая попытка координации с другими ассамблеями и либертарными коллективами, участвовавшими в своих районах в борьбе против увеличения тарифов в общественном транспорте. Мы договорились, что каждая ассамблея будет одновременно организовывать демонстрации в метро и на автобусных станциях. Были распространены брошюры, разгромлены билетные автоматы, и мы предложили снижение платы явочным порядком, чтобы поставить под сомнение мнение властей, заключавшееся в высказывании, что общественный транспорт – просто еще один товар, который должен быть прибыльным. Мы предприняли попытку объединиться с рабочими общественного транспорта, но это было трудно. В профсоюзе водителей автобусов большим влиянием пользуются неонацисты из “Золотой Зари”.

Позже мы участвовали во всех всеобщих забастовках с 2010 года, которые были жестоко подавлены. В ходе одной из таких забастовок полицейские свиньи напали на марш районных ассамблей, отправив одного человека в больницу в состоянии комы (он чуть не умер) и тяжело ранив других. Этот опыт свел нас вместе и укрепил нашу решимость. Мы блокировали супермаркеты и торговые центры города, чтобы превратить забастовку в реальную стачку. Мы также попытались окружить парламент Греции, когда депутаты голосовали во втором туре за меры жесткой экономии. Районные ассамблеи играли важную роль в этих демонстрациях. Мы также старались поддерживать постоянное присутствие в районе, организовывая демонстрации, коллективные кухни и культивирование захваченных садов с целью обеспечения продовольственной самодостаточности. Проводили также раз в месяц бартерный рынок сразу в нескольких кварталах. У нас также есть конференц-зал с библиотекой, которая открыта для района, в котором мы организовываем различные виды деятельности, дебаты и разговоры.

Все эти меры предпринимаются для разрыва с индивидуализмом и пессимизмом, которые охватили Грецию с наступлением кризиса, для борьбы с социальным каннибализмом, косвенно содействующим государству в решении кризиса. Посредством этих практик мы пытаемся стимулировать развитие отношений, основанных на равенстве и солидарности. Район – очень плодовитое пространство для этого, тем более, что в Афинах городские районы по-прежнему весьма противоречивы в социальном плане, что позволяет установить неожиданные связи.

Вопрос: Что вы предлагаете делать с проблемой еды?

Ответ: Мы столкнулись с проблемой недостатка пищи – с тех пор мы открыли коллективные кухни. Мы наладили контакты с другими ассамблеями, у которых были подобные проблемы, и в это время была захвачена большая площадь в соседнем районе: вилла с пахотными землями. Решили созвать новую ассамблею, полностью посвященную этому вопросу. Та же ассамблея теперь отвечает за возделывание земли для снабжения коллективных кухонь четырех районов, сотрудничающих по этому проекту. Мы по-прежнему далеки от самодостаточности в отношении продуктов, но это первый шаг. Сад находится под угрозой выселения. Выселение из захваченных пространств участилось в Афинах с начала 2013-го, как было с Вилла-Амалиас и Скарамагас.

Вопрос: Мы слышали о поляризации в греческом обществе. Вы замечали это на ваших ассамблеях?

Ответ:  Некоторые люди говорили на собрании, что в районах слишком много иммигрантов и с этим надо что-то делать. На такой риск приходится идти, когда речь идет об участии в открытых движениях. Иногда во время акций бывают даже вспышки сексизма. Единственный способ борьбы с этим – это говорить с людьми. Как правило, они понимают, а если нет, то уходят. Однако, однажды на районной ассамблее, созванной, чтобы воспрепятствовать строительству вышек сотовой связи, появились двое фашистов (конечно же, они принадлежали к “Золотой Заре”). Но мы знали о них, потому что в небольшом районе все всё знают. Единственное, что мы могли сделать – это сказать им, что им не рады.

Вопрос: Происходили ли у вас конфликты с “Золотой Зарей”?

Ответ: С тех пор, как они получили места в парламенте, и благодаря поддержке, которую они получили в результате этого, “Золотая Заря” открыла офисы по всей Греции. Каждый раз, когда они открывают новый офис, проходят протесты и демонстрации, зачастую приводящие к столкновениям с полицией. Без защиты полиции фашисты не смогли бы сохранить свое присутствие в районах.

К счастью, по крайней мере сейчас, у них есть только два действительно активных районных комитета в Афинах. В некоторых рабочих районах, таких как те в западной части Афин, возле Пирея, они пользуются определенным влиянием. Однако в этих районах районные ассамблеи открыто противостоят им. В нашем районе нет ни фашистов, ни охоты на иммигрантов, но это обусловлено, в том числе, нашим присутствием и постоянной бдительностью. На мой взгляд, антифашистская борьба включает в себя в большей мере построение наших собственных структур и желаемого нами мира – который по существу является антифашистским, чем осуждение их на словах.

Вопрос: Вы упомянули первую волну ассамблей после декабря 2008 г. Какие еще инициативы совместных действий имелись в кварталах?

Ответ: В мае 2011 года, следуя по стопам движения “возмущенных” [в Испании] и оккупации площади Синтагма, была вторая волна ассамблей в Афинах. В нашем районе активисты из части радикальных левых призвали к созданию другой ассамблеи, в которой мы тоже участвовали. Вскоре, однако, между нами возникли большие расхождения. Если ты хочешь создать пространство для диалога с людьми, которые действуют патерналистски и снисходительно, как лидеры, ты обязательно будешь иметь конфликты. В течение этого периода ассамблеи были завалены такими требованиями как предложение национализировать банк Греции.

Люди, которые хотели открытой дискуссии, вскоре потеряли интерес, и эта вторая волна просуществовала не очень долго. Ассамблеи, управляемые левыми, не могли или не хотели предлагать конкретные требования, касающиеся здравоохранения, образования или продовольственной безопасности. Короче говоря, они не пытались продвигать другой образ жизни, вне капиталистической системы, которая рушит все вокруг нас. Нужна ли нам национализация банка? Это не подходящий вопрос, на мой взгляд.

Третья волна ассамблей прошла, когда государство ввело специальный дополнительный налог по счетам каждого за электроэнергию: “Кто не платит налог, у того будет отключаться электричество”. Налог и попытки борьбы с ним выделили различия между ассамблеями. Некоторые из них состояли из людей, обеспокоенных тем, отключат ли им электричество, и просто просивших более политически активных участников решить проблему для них. Некоторые приняли эту роль, хотя это означало отказ от горизонтальной организации в пользу логики делегирования.

Наша ассамблея также обратилась с призывом организоваться вокруг вопроса об этих специальных налогах. Это было очень динамично и на самом деле довольно радикально: наши районы не должны были подвергнуться отключению электроэнергии, хоть из-за неуплаты налога, хоть по любой другой причине. Для нас электричество жизненно важно.

Ассамблея отправилась в налоговые органы и заставила компанию, привлеченную к осуществлению отключений электричества, оставить район. Позже, мы пошли к местной штаб-квартире энергетической компании, чтобы отрезать ей электричество. Сегодня мы создали районные патрули, чтобы не позволять техникам из энергетической компании отключить нам электроэнергию. На данный момент, это основная борьба, которую ведут ассамблеи, наряду с антифашистской борьбой.

Вопрос: Что вы можете сказать о движениях, которые оказали на вас влияние?

Ответ: Движение ассамблей во многом обязано тому, что происходило в Аргентине. Хотя прямой связи и нет, но влияние вполне реальное. Во время первых всеобщих забастовок мы были вдохновлены аргентинским опытом, а затем и тунисскими и египетскими событиями. Другим важным источником влияния были движения явочного снижения платы в Италии 70-х – группы, организованные, чтобы не платить арендную плату, по счетам за электричество или за проезд на транспорте. В нашей ассамблее, в частности, многие люди были вдохновлены борьбой сапатистов в Мексике и их стремлением к автономии. Мы участвуем в акциях солидарности с этой борьбой в нашем районе.

Один общий момент, который присущ этим разным источникам вдохновения, представленный в ассамблеях – это стремление к горизонтальной организации, без политических партий: хотя партийные активисты и представлены в ассамблеях, они участвуют только как личности, без ярлыков. Политическая основа ассамблей – автономия и стремление к созданию структур за рамками капитализма, основанных на разделении и солидарности. В нашей ассамблее есть основные позиции, выработанные после долгих дискуссий. Мы всегда ищем консенсус для того, чтобы найти способ вместе двигаться вперед.

В Греции гораздо меньше веры в ведомства, в идею общественного договора и представительства, чем во Франции. Это благодатная почва как для антиавторитарных, так и для гиперавторитарных идей. Гораздо легче установить связь на общих основаниях с людьми разных политических взглядов, чем во Франции. С другой стороны, однако, также существует опасность стать закрытой группой: нескончаемой задачей является поиск путей поддержания ассамблей открытыми для недавно прибывших.

Вопрос: Каковы ваши общие впечатления от 4 лет существования вашей ассамблеи? И от районных ассамблей вообще?

Ответ: Трудно сказать. После восстания 2008-2009 гг. мы постоянно пытаемся быть в курсе того, что происходит. Чему районные ассамблеи вновь поспособствовали как возможности, так это как раз несведению наших требований к отнятым у нас вещам, но вместо этого —  движению к миру, который мы хотим создать. Но есть много препятствий – репрессии, которым подвергаются политические активисты, подъем “Золотой Зари”, взрыв безработицы и постоянное насилие по отношению к иммигрантам мешает нам посвятить себя программе, как будто ничего не происходит.

Одним из слабых мест движения является то, что моменты его восстановления никогда не приносили никаких конкретных результатов. Одним из таких моментов была генеральная ассамблея районных ассамблей. В ноябре 2011 года все существующие ассамблеи были соединены в одну: сорок в Афинах, четыреста представителей и хорошая динамика. Но они быстро выдохлись. Это не принесло никаких конкретных побед, и стало источником разочарования, создавая ощущение поражения, которое очень остро в настоящее время.

Это чувство также отчасти вызвано тем, что районные ассамблеи не дают жизнеспособных решений для организации повседневной жизни. Стремление создать структуры, основанные на самоорганизации и автономии, создает многочисленные вопросы: как они могут быть построены, одновременно выходя за рамки логики благотворительности и меценатства? Как мы можем создать нашу собственную автономию в окружающей среде, в которой все у нас отнято, где мы ничего не можем производить для себя, особенно в городских условиях? Что мы должны сделать, чтобы заставить людей действительно участвовать? Когда мы организовываем коллективные кухни или бартерные рынки, мы должны постоянно объяснять, что это не просто услуги по распределению.

Я не думаю, что есть действительно убедительный ответ на эти проблемы, мы должны быть терпеливы. Путь, который я вижу – в очень больших ассамблеях люди склонны делегировать полномочия другим и принять представительство малой группы, в то время как при наличии более личных отношений и большего числа контактов, соответственно, есть больше равенства в участии. Это вопрос отношений. Не так много людей, думающих, что мы можем жить без чьей-либо помощи, без консенсуса и диалога в основе, и что мы можем переделать к лучшему нашу жизнь на индивидуальной основе.

Однако, у меня такое впечатление, что по мере того, как государство и экономическая система испытывают упадок и крах, будет появляться все больше “серых зон”, и другие модели организации и взаимоотношений станут возможными. Ассамблеи будут играть решающую роль в этом. Мы должны не просто хранить огонь, но и распространять пожар дальше. Новые структуры возникают в Греции с каждым месяцем. С этой точки зрения, движение на правильном пути.

Источник