Глобальный взгляд

Глобальный взгляд на репрессии

Граффити из Хабаровска, Россия в поддержку недели солидарности

Забастовка заключенных и неделя солидарности с заключенными анархистами

В Соединенных Штатах ведется практически беспрецедентная тюремная забастовка (EN), устанавливающая новые прецеденты для координации между борьбой в тюрьмах и центрах содержания под стражей и солидарности с теми, кто не находится за решеткой. Между тем, 23-30 августа также является шестой ежегодной неделей глобальной солидарности с заключёнными анархистами (РУ) ,когда анархисты всего мира координируют борьбу солидарности между разными странами и континентами. Мы твердо верим, что каждый заключенный – это политзаключенный (EN), и что лучший способ поддержать товарищей – это создать движение против тюремно-промышленного комплекса. В то же время неделя глобальной солидарности – это прекрасная возможность получить от наших товарищей в других частях мира информацию о различных стратегиях репрессий, применяемых различными правительствами сегодня, и о том, как им противостоять.

В следующем тексте мы рассмотрим современные модели репрессий против анархистов по всему миру, а также некоторые способы ответа со стороны движений. Рассматривая это в контексте того, как репрессии действуют по отношению к более широкому населению, мы можем воспринимать солидарность заключенных как часть более широкой борьбы против тюрем и за свободу для всех людей. Как анархисты, мы стремимся анализировать государственную тактику репрессий, чтобы развивать лучшие методы обеспечения безопасности, строить международные связи и становиться более опытными в поддержке и заботе друг о друге.

Волны репрессий, 2017-2018

В первые два десятилетия XXI века наблюдалось неуклонное усиление репрессий в отношении анархистов и их товарищей. Некоторые из наиболее широко известных примеров последних нескольких лет включают дело «Тарнак» во Франции (РУ); Операции Pandora, Piñata и Pandora 2 в Испании (EN), которые начались в декабре 2014 года и завершились в этом году; Scripta Manent в Италии (РУ), с 2017 года; Операция “Феникс” в Чешской Республике(РУ), с весны 2015 года; рейды, которые полиция проводит по всей Европе после сражений в Гамбурге летом 2017 года(РУ); дело о поджогах Варшавской тройки в Польше(EN), 2016-2017; и массовые репрессии в Соединенных Штатах в результате оккупации Standing Rock(EN) и сопротивления инаугурации Трампа(EN), последний случай, наконец-то, завершился в июле этого года. В последнее время, мы также наблюдаем продолжающиеся репрессии в белорусской диктатуре и в России, дело “Сети”(РУ).

Во всем мире государства и их полицейские силы выбирают одну и ту же тактику для достижения одних и тех же целей. Конкретный выбор, который они делают, варьируется в зависимости от их контекста, но набор инструментов и основные цели одинаковы.

Например, одни и те же компьютерные программы используются во многих странах для осуществления онлайн-цензуры. В некоторых странах они используются только для закрытия нескольких веб-сайтов, в то время как в других странах они блокируют широкий спектр контента; но в обоих случаях действует один и тот же принцип, и все, что нужно для того, чтобы первая ситуация стала второй, – это чтобы власти проверили еще несколько ящиков в своем репрессивном программном обеспечении. То же самое касается и других форм репрессий. Это показывает, как разница между предположительно либеральной демократией и авторитарной диктатурой является количественной, а не качественной.

Когда полиция в одной части мира разрабатывает новую стратегию или начинает чаще применять определенную тактику, это часто распространяется на другие полицейские органы по всему миру. Например, мы можем провести линию между различными случаями провокаций в Соединенных Штатах(EN) – Эриком МакДэвидом, Дэвидом Маккейем, Брэдли Кроудером, Мэтью Де Палмой, НАТО 3, Кливленд 5 и последующей операцией «Феникс» в Чешской Республике в которой агенты провокаторы пытались склонить людей к нападениям на военный поезд и совершению атак с коктейлями Молотова на отряд полиции. Вначале Операция “Феникс” была создана как кампания против Сети Революционных Ячеек(РУ), сети, которая взяла на себя ответственность за различные поджоги против полиции и капиталистов; в конце концов, она завершилась неудачной попыткой заклеймить анархистов и восстановлением легитимности чешской полиции в глазах общественности.

Точно так же мы можем понимать операцию “Феникс” в контексте десятилетий усилий(EN) полиции Италии, США, Франции, Испании и других стран, направленных на создание прецедента для фабрикации случаев террористического заговора с целью дискредитации и заключения в тюрьму анархистов. Рассматриваемые в индивидуальном порядке, процесс Марини в Италии(EN), дело Тарнак, операции Пандора и Пината и операция Феникс – являют собой, не что иное, как запутанные примеры превентивного преследования. Но когда мы рассматриваем их как часть глобальной модели, в которой репрессивные силы государства ищут новый метод, через который можно нейтрализовать сети, соединяющие популярные социальные движения, мы можем понять, что у них общего. В этом контексте также становится понятным, как Российская тактика пыток арестованных с целью подписания ими определённых признаний может распространиться на другие страны, если мы не предпримем немедленных шагов по ее огласке. Вот почему важно использовать глобальный подход к изучению государственных стратегий репрессий.

Расширение международного полицейского сотрудничества

По всему миру полицейские силы стали сотрудничать больше, чем когда-либо прежде. Репрессии в Европе и в масштабах всего континента свидетельствуют о международном полицейском сотрудничестве и приведение в действие законов об экстремизме и терроризме.

Недавний случай ограбления банка в Аахене(РУ) в Германии иллюстрирует это: европейский ордер на арест, обмен разведывательными данными между полицейскими силами и активизацию сотрудничества между различными юридическими органами после двух экспроприаций банков в 2013 и 2014 годах. Испанская и Немецкая полиция сотрудничали в получении ДНК предполагаемых экспроприаторов, которые были осуждены за ограбление Pax Bank, банка католической церкви.

Мы также можем видеть доказательства этой тенденции в последнем случае, связанном с кампанией SHAC (Stop Huntingdon Animal Cruelty)(EN), которая нацелена на нынешнего заключенного а ранее участника действий по освобождению животных, Свена Ван Хассельта. Шесть европейских государств сотрудничали в его аресте.

Мы также видим, что полиция в разных странах обменивается знаниями и опытом на более организованной основе. Например, Колледж Европейской полиции (CEPOL) провел семинар по вопросам терроризма в Греции в июле 2012 года, на котором итальянские власти предоставили глубокий обзор репрессивных мер, которые они использовали против повстанческого анархистского движения(РУ). Европейское полицейское Управление (ЕВРОПОЛ) публикует ежегодный доклад, “Ситуация с терроризмом и тенденции”(TE-SAT), в котором вы можете найти главу(EN), посвященную предполагаемому левому и анархистскому “терроризму.” Такое сотрудничество набирает обороты в других местах, таких как разведывательный и ситуационный центр Европейского Союза (SitCen); государства – члены Европейского союза также сотрудничают на юридическом уровне через такие учреждения, как Евроюст(РУ).

Правительства стран глобального Севера регулярно оснащают и обучают государства глобального Юга использовать свои технологии и стратегии репрессий. Например, Германия и Израиль сколотили состояние, оснастив Бразилию(EN) перед футбольным чемпионатом мира 2014 года. В качестве крайнего примера Великобритания в настоящее время ищет возможность для аутсорсинга тюрем в Африку, строя новое тюремное крыло в Нигерии(EN). Все это веские причины для объединения наших усилий.

Дискурс и законодательство о терроризме

Законы и риторика против «экстремизма» и «терроризма» являются одними из самых мощных современных инструментов криминализации и делегитимизации социальной борьбы. Многие государства разработали законы о борьбе с терроризмом в результате предыдущего поколения политических движений, таких, как Баскские группы за независимость в испанском государстве или фракция Красной Армии (RAF) в Германии в 1970-х годах. В некотором смысле, это может сделать рамки “терроризма” несколько устаревшими, когда дело доходит до современных социальных движений, которые обычно не имеют формальной иерархии вроде RAF.

Главная функция рамок “терроризма” заключается в легитимизации приостановления законных прав, с тем чтобы предоставить полиции возможность для неограниченного надзора, бессрочного содержания под стражей без предъявления обвинений или судебного разбирательства, полной изоляции в тюрьме, пыток – всех тактик, которые когда-то использовались для поддержания колониальных режимов, монархий и диктатур. После 11 сентября 2001 года и объявления так называемой “войны с терроризмом” антитеррористические законы были усовершенствованы во всем мире, с тем чтобы сделать доступными эти тактические приемы для подавления любого, кто мог бы угрожать стабильности действующего порядка.

Вот почему самая либеральная европейская демократия может согласиться с властями виртуальной диктатуры, такой как путинская Россия, в том, что одна и та же правовая база должна использоваться как против анархистов, которые защищают общественность от полицейского насилия, так и против фундаменталистов, которые совершают нападения на случайных граждан для исламского государства. Эти два случая не имеют ничего общего с точки зрения тактики, ценностей или целей; единственное, что их связывает, – это то, что они оба оспаривают централизованную власть господствующего правительства.

Репрессии: международный язык с местными диалектами

“Выяснив, чему будут спокойно подчиняться любые люди у вас появится точная мера несправедливости и неправоты, которые будут наложены на них.” Фредерик Дуглас

В области государственных репрессий произошли некоторые новые изменения. Например, мы видим стремительное развитие репрессивной тактики в России на примере дела “Сеть”, в процессе которого многие активисты были похищены, подвергнуты угрозам, избиениям и пыткам электрошокером, подвешиванию вверх ногами и другим методам воздействия. Используя эту тактику, сотрудники российских сил безопасности (ФСБ, преемник КГБ) заставили арестованных подписать признания, подтверждающие существование группы под названием «Сеть», которая якобы планировала совершать теракты во время президентских выборов в марте 2018 года и чемпионата мира по футболу. Такая тактика создала в России атмосферу страха, изоляции и неопределенности, что очень затрудняет мобилизацию солидарности.

Новшеством здесь является использование пыток для подтверждения существования ”террористической сети”, воображаемой государством. Пытки сами по себе не являются чем-то новым для анархистов и других заключенных в постсоветских странах; они остаются одним из самых мощных инструментов в контексте пенитенциарной системы, которая, как известно, является коррумпированной и снисходительной в отношении полиции, тем самым создавая им условия для ещё меньшего правового надзора, что отличительно от практики полиции в таких местах, как Соединенные Штаты. Российский и белорусский контексты характерны тем, что в обоих случаях государство открыто авторитарно и не стесняясь жестоко расправляется даже с простейшими формами выражения недовольства, такими как вывешивание баннера.

В настоящее время эта стратегия, выглядит, действенной в России и Беларуси, но в долгосрочной перспективе жестокое угнетение может поставить власти в уязвимое положение перед внезапными вспышками накопившегося гнева. В Беларуси, например, несмотря на огромное давление со стороны тоталитарного правительства, анархисты были на переднем крае одного из самых мощных социальных выступлений 2017 года(РУ).

В отличие от этого, в “западных” странах мы видим более законные стратегии репрессий, такие как чрезвычайные условия освобождения под залог и отпуска которые действуют для того чтобы изолировать и успокоить человека посредством изнурения. Это представляет собой более тонкие формы репрессий, которые являются более социально приемлемыми для тех, кто любит думать о себе как о гражданах демократии. В одном из исследований, проведенных полицией, репрессии против кампании SHAC были охарактеризованы, как процесс «обезглавливания руководства», достигнутый в результате длительных тюремных сроков и чрезвычайных условий содержания под стражей и после тюремного заключения, направленных на то, чтобы полностью изолировать людей от их движений.

Сотрудничество полиции между различными европейскими государствами не всегда принимает одинаковую форму. Например, в то время как греческие, итальянские и немецкие конференции проводятся по вопросам анархического “терроризма” и “экстремизма”, страны, которые пережили меньше боевых действий и меньше народных волнений, прибегают к иным методам. Многие государства осуществляют сбор разведывательных данных под видом научных исследований по теме “экстремизм и терроризм”, с тем чтобы отслеживать наличие конкретных идей или тактик. Это было явно выражено в Чешской Республике, где такие исследования были использованы для анализа местного анархистского движения. Например, несмотря на отсутствие каких-либо очевидных связей с НАФ/ИРФ или Заговором огненных ячеек(РУ), недавние анархистские действия в Чешской Республике со стороны вышеупомянутой Сети революционных ячеек были охарактеризованы и наполнены обвинениями в основе которых были академические и полицейские исследования, которые представили их в качестве проявивших себя бывших групп.

Ещё один рисунок из России, пропагандирующий Анархический черный крест

Освоение успешных кампаний поддержки

“Мы учимся в тысячу раз больше на поражениях, чем на победах”

Измерить эффективность репрессий непросто. Можно сказать, что кампания репрессий достигла целей и является успешной, если тем людям на кого она направлена будут назначены тюремные сроки, или если движение, с которым они связаны, эффективно разделено, умиротворено или разрушено, или если социальная борьба, в которой участвует движение, становится кооптированной.

Так, например, можно сказать, что операция «Феникс» не увенчалась успехом, поскольку наложенные судебные обвинения не удались.(РУ) Тем не менее, Чешская полиция смогла собрать огромное количество данных об анархистском движении в Чешской Республике — и, несмотря на то, что не удалось выиграть дело против обвиняемых, им удалось внедрить антитеррористическую риторику и “антиэкстремистские” настроения в публичный дискурс. Однако, несмотря на это, чешские анархисты получили большую поддержку со всего мира, что было очень важно для людей, находившихся за решеткой, изолированных и обвиненных в экстремизме.(РУ)

Одной из самых вдохновляющих недавних кампаний поддержки была защита арестованных J20 в США, дело, которое закончилось почти полным поражением государства. Мы можем видеть еще один вдохновляющий пример в гораздо менее благоприятных условиях в кампании против нынешнего «сетевого» террористического дела в России, где родители обвиняемых создали «Сеть родителей»(РУ), поддерживающую своих детей и противостоящую тоталитарному режиму.

Организуя защиту движения

Репрессии часто приводят к изоляции и другим трудностям. Каждый человек уникален, но в целом те, кого непосредственно коснулись репрессии, нуждаются в одних и тех же вещах: финансовая поддержка, эмоциональная поддержка, поддержка семьи и друзей подсудимых, безопасные или, по крайней мере, надежные каналы коммуникации, гласность по делу, и, самое главное, продолжение борьбы.

Различные группы могут исполнять разнообразные роли в борьбе с репрессиями. Существуют группы, которые формируются для того, чтобы реагировать на показательные репрессии, такие как кампания поддержки подсудимых J20 или Solidarat Rebel(ES), которая распространяет информацию об инциденте с ограблением банка в Аахене или инициатива Антифеникс(РУ), которая способствует анализу и сопротивлению операции Fenix в Чешской Республике. Эти проекты имеют очень важное значение, поскольку они отвечают насущной и неотложной потребности в поддержке. Существуют также группы, которые поддерживают устойчивую и давно существующую организацию по борьбе с репрессиями, например, Анархический черный крест (АЧК)(РУ). Анархистский черный крест-это международная сеть анархистских групп, занимающихся практической солидарностью с заключенными, которой существует уже столетие.

Мы можем противодействовать репрессиям на нескольких уровнях. Мы можем повысить осведомленность о пользе культуры безопасности и различных тактиках репрессий, с тем чтобы подготовиться к неизбежной реакции государства на наши усилия по созданию лучшего мира. Мы также можем наращивать материальные ресурсы – собирать деньги для оплаты судебных издержек и связанных с ними расходов, таких как транспортные расходы и поддержка заключенных во время их приговора и их освобождения. Это может включать в себя организацию мероприятий по сбору средств или поиск пожертвований другими способами. Самое главное, мы должны оказывать помощь и эмоциональную поддержку тем кого коснулись притеснения и другим, кто их поддерживает.

Наконец, мы можем распространять информацию о судебных делах и заключенных и о том, как можно оказывать поддержку через различные медиа-каналы, включая веб-сайты, брошюры, подкасты, книги, разговорные туры и социальные сети, как виртуальные, так и реальные. Например, этот журнал(EN), составленный различными группами АЧК по всей Европе, знакомит с основами организации Анархистского Черного Креста.

Мы должны понимать, что наши усилия по поддержке конкретных заключенных являются частью более широкой борьбы с самими тюрьмами. Если мы уже организуемся в знак солидарности с заключенными в целом, то положение заключенных-анархистов будет гораздо лучше. Это означает оказание поддержки заключенным в организации, отправке материалов для чтения и ресурсов заключенным, солидарности за пределами тюрем, когда случаются восстания заключенных, и распространение популярного дискурса, который определяет то, что каждый может выиграть от ликвидации тюремно-промышленного комплекса.

От недели солидарности до устранения тюрем

Сожжёный тюремный фургон во время беспорядков “Злой пятницы” 28 января 2011 года во время Египетской революции

Анархисты сражаются на переднем крае борьбы против тюремного общества наряду с другими бедными людьми, людьми с разным цветом кожи, коренными народами и всеми, кто является мишенью тюремной системы во всем мире.

Шестая ежегодная неделя солидарности с заключенными-анархистами является одной из многих возможностей для объединения всех этих различных видов борьбы, пытаясь показать пример того, как может выглядеть долгосрочная скоординированная работа по борьбе с репрессиями. Датой начала недели является годовщина казни Сакко и Ванцетти(РУ), двух итало-американских анархистов, в 1927. Они были осуждены при наличии очень небольшого количества доказательств и казнены прежде всего за свои анархистские взгляды.

Анархисты не всегда являются главными мишенями для государства, которое нередко уделяет приоритетное внимание нападениям на людей африканского наследия, мигрантов, мусульман и других этнических групп в связи с прекращением колониального насилия. Тем не менее мы почти всегда находимся в списке целей, поскольку наши ценности и наши действия угрожают гегемонии государства.Тюрьма – это связующее звено, которое удерживает капитализм, патриархат и расизм вместе. Стремясь к обществу, основанному на сотрудничестве, взаимопомощи, свободе и равенстве, мы неизбежно вступаем в конфликт с полицией и тюремной системой. Давайте создадим широкое движение против них.

Пока существуют тюрьмы, самые смелые, отзывчивые и хорошие среди нас в конечном итоге окажутся внутри них, а самые смелые, отзывчивые и хорошие части остальных из нас будут недоступны для нас. Каждый из нас может стать заключённым. Никто по-настоящему не свободен, пока все мы не свободны.

(источник, перевод Анархия Сегодня)