Глобальный взгляд

Иран: протесты продолжаются


Протесты в Иране продолжаются. Хотя они и не достигают таких масштабов, как в декабре – начале января, они вспыхивают то в одном, то в другом иранском городе. Эти события получили название “Вторая волна протестов”.

Напомним, что во время первой волны протестовали в общей сложности от 40 до 400 тыс человек примерно в 100 городах Ирана. Властям Исламской Республики удалось сбить волну выступлений, арестовав около 4 тыс человек, в то время как 22 человека были убиты.

Движение не затухает. Согласно поступающим из Ирана сообщениям, большое количество протестующих собралось на улицах столицы Иранского Азербайджана, города Тебриз, скандируя лозунги против лидера Ирана Али Хаменеи. В последние дни выступления охватили так же Ахваз – город-миллионник, центр металлургической промышленности и столицу провинции Хузестан, значительную часть жителей которой составляют арабы. Как сообщается, собравшиеся выступили против режима исламской республики. В городе Неджефабад в центральном Иране участники демонстрации протестовали против репрессий. Наконец, в иранской провинции Лурестан 10-й день продолжаются митинги рабочих-железнодорожников, протестующих против условий труда.

Обращает на себя внимание не только упорство протестующих, но и широкий спектр их требований. Если в ходе неудачной Зеленой Революции 2009-2010 гг митингующие хотели лишь прекращения фальсификаций на выборах, то сегодня требования совершенно иные и куда более широкие. Рабочие и городская беднота выступили против роста цен, безработицы и плохих условий труда, прибегли к забастовкам. Средние слои общества – студенты, работники офисов и др. потребовали провести референдум о смене политического строя и ликвидации системы Исламской Республики. Важным элементом выступлений стало публичное снятие женщинами хиджабов. Кстати, иранская правозащитница и адвокат Насрин Сотоудех сообщила на своей странице в Facebook, что женщина, арестованная в Тегеране за снятие хиджаба, чье фото стало символом протестов, была недавно освобождена из тюрьмы и вернулась домой. «Я надеюсь, что судебного преследования этой революционной девушки не будет. Отрежьте себе руки, прежде чем дотронуться до ее головы», – написала Насрин.

Наконец, собравшие на митинги иранцы выступили против иранского военного присутствия в Сирии и Ливане. Ничего подобного не было во время Зеленой Революции. Фактически, участники протестов атакуют все стороны политики государства.

Насколько серьезно настроены участники движения?

Конечно, по степени радикализма этим выступлениям очень далеко до событий революции 1979 г, когда произошло вооруженное восстание 300 тысяч тегеранцев против шахского режима и всеобщая забастовка, в ходе которой рабочие ряда крупнейших заводов захватывали их и устанавливали там систему самоуправления – прямой трудовой демократии.

И все же, упорство современных протестов, широкий спектр лозунгов, участие в движении представителей самых разных групп населения от городской бедноты (в 2009 г она была опорой режима), до средних слоев населения (во время Зеленой революции 2009 г протестовали именно они), распространение протестов в регионы, населенные нацменьшинствами (Южный Азербайджан, Хузестан, Восточный Курдистан), – плохие сигналы для иранских властей.

В чем главная причина протестов?

Руководство Ирана перенапрягло экономику, выстраивая свой “шиитский полумесяц” – огромную империю от границ страны до Средиземного моря. Поддержка шиитских режимов в Ираке и Сирии, гигантское шиитское ополчение в Ираке (Хашд аль-Шааби), а так же ливанское шиитское ополчение – Хезболла (одна из лучших армий на Ближнем Востоке), стоят дорого. Но правительство не намерено отказываться от своих внешних завоеваний и от участия в сирийской гражданской войне. «Иранское региональное влияние “неизбежно” и руководство страны не намерено сдерживать свое влияние на Ближнем Востоке, несмотря на давление США», – об этом заявил на днях Али Акбар Велаяти – советник по международным делам духовного лидера Ирана высшего руководителя страны Али Хаменеи. Между тем, только затраты на финасовую поддержку президента Асада составляют порядка 6-8 млрд долларов в год, в то время как в самом Иране растут цены, а безработица среди молодежи достигает 30-40%.

Иран не настолько богат, чтобы переводить миллиарды долларов Асаду и Хезболле. Иран не в состоянии прокормить себя и вынужден импортировать продовольствие. Цены на продукты государство субсидирует. Поэтому, рост расходов на имперские проекты и КСИР (Корпус Стражей Исламской Революции) заставили режим поднять цены. КСИР – вообще крупнейший пожиратель средств. Это глубинное государство Ирана, вторая (религиозная) армия, имеющая самостоятельное командование, а так же важнейший работодатель. Стражам принадлежат компании, производящие до 60% ВВП Ирана и многие из них убыточны. Финансирование войн в Ираке, Сирии и Ливане так же осуществляется, в значительной мере, через аппарат КСИР и особый корпус тайных операций КСИР, который называется Кодс (Иерусалим).

Главное противоречие Ирана – конфликт между блестящей имперской политикой и слабой, зависимой от нефтедолларов технически отсталой экономикой, не способной удовлетворить потребности значительной части населения. Рано или поздно это противоречие может вызвать новый, более мощный социальный взрыв.

Насколько важен национальный вопрос?

Национальный вопрос в Иране стоит очень остро. Примерно половину населения страны составляют нацменьшинства – азербайджанцы, туркмены, курды и арабы. Все они лишены полноценного местного самоуправления, территориальной автономии. Все нацменьшинства подвергаются дискриминации – в стране нет развитой системы школ и других образовательных учреждений на национальных языках. Исключение составляет лишь арабский, его изучают довольно широко, как язык Корана и мусульманской философии.

В настоящих протестах роль национального фактора не слишком заметна, но в действительности она присутствует.

Во-первых, Тебриз, столица Иранского Азербайджана, известен как один из ключевых центров общественной активности в стране. И это, конечно, не случайность, а результат национальных проблем, которые существуют в Иране наряду с социальными. Не надо забывать, что в последние годы в Тебризе неоднократно происходили протесты.

Во-вторых, я бы выделил события в Иранском Курдистане. Курды начали протестовать за несколько месяцев до того, как выступления охватили весь Иран. Это связано не только с национальным вопросом. Значительная часть курдского населения занимается контрабандой, это жизненно важно для них, так как речь идет о бедном регионе, где для многих это – единственный заработок. Контрабанде препятствуют иранские пограничники. Периодически гибнет кто-то из кольберов – курдских контрабандистов – гибнет от пуль иранских военных и это вызывает протесты.

Когда-нибудь национальный фактор проявит себя сильнее. И тогда произойдет настоящий взрыв. Иран с его политикой принудительного формирования единой шиитской нации, говорящей на фарси, и унитарного государства, рискует превратиться во вторую Сирию.

В протестах участвуют женщины и молодежь

Безработица среди молодежи достигает 30%. А это, по мнению социологов, важнейшая причина социальной нестабильности во многих странах мира. Принципиально так же и то, что новые поколения не готовы жить в условиях. когда пожилые представители духовенства определяют правила поведения, дресс-код, требуют обязательного ношения хиджабов и т.д.Молодые люди активно воспринимают популярные западные образцы поведения через продукцию американского и европейского кинематографа. Многие побывали в Европе и США или имеют там родственников. И здесь можно усмотреть определенные аналогии с протестами в РФ, в которых так же участвует много молодежи. Молодые люди больше не хотят мириться с системой. Может быть, они и рассуждали бы иначе, если бы не серьезная безработица среди молодежи и\или плохие социальные лифты. Они осознают, что в таком государстве у них нет перспектив.

источник