Постиндустриализм (втор.пол. XX в)

Кенгирское восстание в СССР: 40 дней свободы в ГУЛАГе


16 мая 1954 года в центральной части Казахстана началось Кенгирское восстание заключённых. Оно стало одним из последних, и не самым крупным ГУЛАГовским восстанием в послевоенном СССР, но в историю вошло, пожалуй, как одно из самых драматичных и самых длительных — некоторое время узники успели насладится свободой. Уникальным в нем было и то, что почти половину участников восстания составляли женщины.

Посёлок Кенгир и находившееся в нём третье отделение, которое и восстало в 1954-м принадлежали к Степлагу — конгломерату шести лагерных отделений, в которых находилось в сумме 23 000 человек — преимущественно политических заключённых.

Условия жизни в Кенгирском отделении, как и во всех советских концлагерях, были чудовищными. Пронизывающий холод и недоедание, жестокость и безнаказанность конвоя: над узниками нередко совершали немотивированные расправы. Зимой 1953 года охрана трижды самовольно открывала огонь по заключённым, убив нескольких человек. Разумеется, «политических» заставляли работать: дармовой труд использовали для «строительства социалистической промышленности». Заключенные Кенгира работали на стройке обогатительной фабрики, деревообделочного завода, кирпичного завода, хлебозавода, клубной площади, жилых кварталов будущего города Джезказган.

Приблизительное расположение Кенгира в Казахстане

Предпосылки для восстания накапливались одна за другой. Подавляющее большинство жителей 3-го отделения, насчитывавшего около 5200 зэков, составляли бойцы антисоветских организаций, украинские и литовские националисты. Были в лагере и беларусы: около 4%, а также представители еще более чем 30 национальностей, включая японцев, турков, американцев, испанцев… Один из прошедших Кенгир, Артем Фельдман, рассказывал в своих воспоминаниях: «Западные украинцы, которых было в лагере после войны большинство, пользуясь тем, что их не понимали, не говорили по-русски, а только по-украински. Иностранцы и жители Средней Азии, совсем не знавшие русского языка, постепенно обучались украинскому, считая его русским. В общем, большинство заключённых говорило на дикой смеси разных языков и наречий, которую они и принимали за русский.»

На фото: «Лесные братья», бойцы литовского подполья

После смерти Сталина в 1953-м весь ГУЛАГ ждал послабления режима содержания. Но их или не происходило, или происходило в гораздо меньшей степени, чем арестанты того хотели. Более того, многие указания сверху, призванные облегчить жизнь зэков, саботировались местными администрациями. Большая часть стукачей в лагере была вырезана антисоветчиками, поэтому НКВДшникам было тяжело контролировать оперативную обстановку. Ситуация была взрывоопасной, и в Кенгире она взорвалась после очередного акта жестокости: в ночь с 17 на 18 мая около 400 человек пытались прорваться в женскую зону, разобрав забор из самана (глины с добавлением соломы). Охрана открыла огонь — было убито 13 человек, десятки ранены. Так начался бунт.

В последующие дни 3200 человек не вышли на работу и установили контроль над зоной: захватили склады и мастерские, освободили 252 человек из следственного изолятора и барака ШИЗО. Тогда же освобожден из следственного изолятора будущий глава «лагерной комиссии» Капитон Кузнецов. При попытке усмирить заключенных получили ранения камнями два солдата и начальник политотдела.

Для «восстановления порядка» администрация пошла на иезуитски подлый ход: ввезла в лагерь 426 уголовников: бандитов и убийц, которым пообещала хлебные места и вольготную жизнь, если те помогут расправиться с «врагами народа». Но тут советские начальники попали пальцем в небо: увидев сплоченных и организованных «политических», которые сходу заявили блатным, что умеют делать заточки не хуже их, те не решились на силовые действия а наоборот — солидаризовались с «врагами народа», присоединились к восстанию и делегировали своих представителей в комиссию заключённых.

Избранная по принципу делегирования, комиссия выдвигает администрации требования:

— всех родственников, высланных с родины, вернуть домой;

— разрешить заключенным в порядке колонизации свободное проживание в местах работы вместе с семьями;

— разрешить свободное общение с женской зоной лагерного отделения, находящейся по соседству;

— решить вопрос о большесрочниках (сократить сроки наказания для 25-летников);

— два раза в неделю выпускать в город.

Помимо комиссии, восставшие создали свою систему самоуправления: отдел безопасности, радиоузел (по некоторым данным глава комиссии Кузнецов даже смог связаться через него с Западом), отдел агитации, санитарную службу, сыскное бюро, тюрьму, санитарный пункт, отдел снабжения, группу священников, организовали мастерские по изготовлению холодного и огнестрельного оружия, химическую лабораторию. Женщины активно участвовали в не только в работе комиссии, но и руководили некоторыми отделами. Мужская и женская зона объединились: проводили концерты, готовили спектакли, действовало художественное фотоателье, велись ежедневные радиопередачи. Многие узники и узницы нашли в эти дни свою любовь — как правило, закончившуюся потом трагически. Желающих скрепить свои отношения браком венчал польский ксёндз.

Тем временем в Кенгир прибывает замминистра МВД СССР и начальник ГУЛАГ СССР. В шесть вечера 27 мая проходят переговоры между администрацией и делегацией зэков. Те выдвигают еще более широкие требования, в основном касающиеся реабилитации и пересмотра дел по 58-й статье «антисоветская агитация». Делегация высоких чиновников принимает лишь часть требований и тянет время, одновременно пытаясь начать работать с заключенными, не присоединившимися к восстанию. Министр внутренних дел телеграфирует своему заместителю в Кенгир: «Продолжайте вести разложенческую работу…»

Время идет, а требования заключённых не выполняются. В то же время подрывная работа, и стянутые к лагпункту силы начинают давать свои плоды — в лагере заявляют о себе противники восстания. В начале июня заключёнными было арестовано свыше 70 человек, проявивших лояльность к администрации и пытавшихся выйти из зоны. Повстанцы активизируют работу с внешним миром: ночью они обращаются к солдатам через рупоры с призывом к неповиновению офицерам: «Солдаты! Вам говорят чекисты, что мы враги народа. Знайте, мы такие же, как и вы. Сегодня мы здесь, завтра вы. Среди нас ваши отцы, которые брали Берлин, защищали Ленинград, штурмовали Кёнигсберг…»

Издавались листовки: они разбрасывались вокруг лагеря с помощью воздушного змея. В лаборатории даже началась добыча водорода для запуска воздушного шара, чтобы разбрасывать листовки на еще большие расстояния, но добытого газа оказалось недостаточно.

Заключенные требовали вызова члена Президиума ЦК КПСС и просили местных жителей помочь им в этом. Неожиданную солидарность с восставшими проявили ссыльные чечены — они, пока могли, тайно поставляли в третье отделение хлеб.

Чувствуя скорую развязку и активное противодействие начальников, повстанцы предпринимают превентивные меры. В жилых зонах сооружаются баррикады. Создаются патрули — в основном из бывших участников ОУН, имеющих боевой опыт. На баррикадах и крышах дежурят дозорные, вооруженные пиками, саблями, ножами и железными палками. Одна за другой строятся линии обороны: третья, а потом и четвертая. Вырываются противотанковые ямы. Приготавливаются самодельные ручные гранаты. Администрация отключает электричество в зоне: инженеры из зэков делают динамо-машину из электрического стартера — она дает ток под воздействием падающей струи воды.

Приготовления заключенных были не напрасны: 15 июня в Степлаг направлен эшелон с 5-ю танками Т-34, 1600 солдат с 98 служебными собаками.

Солженицын в книге «Архипелаге ГУЛАГ» так описывает подавление восстания:

«…в небе развернулись ракеты на парашютах, ракеты взвились и с вышек — и наблюдатели на крышах бараков не пикнули, снятые пулями снайперов. Ударили пушечные выстрелы! Самолеты полетели над лагерем бреюще, нагоняя ужас. Прославленные танки Т-34, занявшие исходные позиции под маскировочный рев тракторов, со всех сторон теперь двинулись в проломы (Один из них все-таки попал в яму). За собой одни танки тащили цепи колючей проволоки на козлах, чтобы сразу же разделять зону.

На фото: самодельное оружие зэков

За другими бежали штурмовики с автоматами в касках (и автоматчики, и танкисты получили водку перед тем. Какие б ни были спецвойска, а все же давить безоружных спящих легче в пьяном виде). С наступающими цепями шли радисты с рациями.

Генералы поднялись на вышки стрелков и оттуда при дневном свете ракет (а одну вышку зэки подожгли своими угольниками, она горела) подавали команды: „Берите такой-то барак!.. Кузнецов находится там-то!..“»

Сопротивление войскам было оказано заключенными, забаррикадировавшимися в шести бараках, и группой женщин и мужчин, сосредоточившихся на улице женской зоны в количестве 551 человека — они швыряли в танки камни и самодельные гранаты. «Какой-то барак два раза с „ура“ ходил в контратаку…» — пишет Солженицын.

Танки давили всех, кто попадался им по дороге, притирались к стенам бараков и давили тех, кто пытался спастись от гусениц там. Били холостыми выстрелами внутрь бараков — часто вместо пыжа заряжая в снаряд промасленную тряпку, оставлявшую человека после выстрела без головы или конечности.

Власти отрапортовали о 46 убитых. По словам восставших их было не менее 500. Обреченные сопротивлялись отчаянно, но смогли нанести карателям лишь небольшие потери — смогли незначительно ранить 40 карателей.

При последующих обысках было найдено 1577 металлических прутьев и пик, 291 финка, 68 самодельная сабля, 36 самодельных гранат, 4 пистолета, 26 топоров, 40 вил и копьев, 400 бутылок с негашеной известью.

Итог восстания: 36 человек арестовано, шестеро — приговорены к смертной казни (четверым из них ее потом заменили на 25 лет), 400 человек переведено на тюремный режим. 1000 активных участников были этапированы в Берлаг и Озерлаг.

Многие исследователи называют Кенгирское восстание началом конца ГУЛАГа. И вправду, вскоре за бунтом в Степлаге последовало смягчение лагерных режимов во всей системе, пересмотр дел и реабилитация политических заключенных. Огромный котёл из миллионов заключенных (многие из которых — вчерашние фронтовики и подпольщики) в надорвавшейся от войны стране больше нельзя было держать под давлением, и власть была вынуждена пойти на уступки, чтобы сохранить ситуацию под контролем. Как это часто бывает, восставшие ценой своей крови оплатили лучшую жизнь, да и саму возможность выжить для будущих поколений.

Кенгирское восстание — одно из примеров бунта обреченных, когда люди поднимаются против многократно превосходящей их по могуществу машины насилия, зная, что будут избиты, арестованы, расстреляны или задавлены танками. Такими были почти все восстания в сталинских и гитлеровских концлагерях. Храбрость, чувство собственного достоинства и чувство долга перед товарищами толкали людей на действия, которые позже войдут в историю и станут ориентиром для потомков.

Событиям Кенгирского восстания посвящен фильм «Людоед», 1991 года режиссёра Геннадия Земеля.

источник