Новости

Шакурский: Взаимный конвой


10 апреля 2021 Илье Шакурскому исполнилось 25 лет. Свой день рождения он встретил в ШИЗО, куда был помещен на 10 суток  после отказа давать показания без адвоката по делу об убийстве в рязанском лесу. Публикуем статью Шакурского “Взаимный конвой”, написанную им в заключении.

Репрессии, нападения на антифашистов, развязывание войн, коррупция, фальсификация уголовных дел – есть эти и множество других причин для возникновения ненависти у подростка, для которого месть становится вполне оправданным методом борьбы за справедливость. Ещё ветхозаветные писания учили сполна отплачивать за злобные деяния врагов, дабы восстановить справедливость. Стоит ли скрывать, что я, поддавшись своим чувствам и эмоциям, когда-то был автором громких слов и искателем методов восстановления справедливости, с присущим мне максимализмом, что, как мне кажется, является вполне закономерным явлением в обстановке откровенного абсурда, с которым не хочется мириться?

Но всё же я так и не переступил грань, не совершил ничего запредельного, в конце концов отыскав другой вектор моих взглядов ещё до задержания. Я понял, что стал анархистом не из-за ненависти и жажды мести, а из-за любви. Кто-то может подумать, что я сдался, прогнулся под натиском обстоятельств и пытаюсь лицемерить, дабы спасти себя от злой участи, но для этого у меня были более подходящее время и возможности. Я честен, когда говорю, что не считаю себя террористом. Я честен, когда говорю о пытках. Я честен, когда утверждаю, что пистолет и самодельное взрывное устройство мне были подброшены, ведь именно они подтверждали серьёзность моих намерений. Но не буду углубляться в анализ следствия и суда, так как всё это уже неоднократно было сказано.

В своём последнем интервью Иван Хуторской говорил о том, что не нужно уподобляться ублюдкам, убивавшим людей, отвечая им той же монетой. Так и мне не хочется уподобляться тем, кто пытает людей, лишая их надежд и свободы, вселяя в них страх. Мне довелось увидеть самую настоящую жестокость и безразличие, которые скрываются под человеческим обличием, это знание стало для меня “таблеткой от ненависти”. Власть и кровь рушат всё самое светлое в людях, опьяняют их, как когда-то опьянили революционеров-большевиков, которые в конечном итоге, предав всех соратников, свои мечты, а главное – себя, построили жестокую кровавую империю.

Все эти мысли привели меня к осознанию, которое очень точно отражают слова Зои Ерошок: “Не отвечать государству тем же мышлением, что у него, только вывернутым наизнанку. Не принимать игру, уровень и правила которой установлены противником. Не защищаться от смыслов незнанием, а наполнять себя смыслами. Быть внутри света, а не тьмы. Иначе мы и вправду друг другу просто взаимный конвой”.

Я не являюсь идеальным человеком, и мне свойственно совершать ошибки, за которые я чувствую свою ответственность. У меня было достаточно времени, чтобы обдумать степень моей вины перед каждым, и это ощущение вины останется со мной навсегда. Я прошу прощения у моей семьи за то, что мною был выбран этот путь, невзирая на постоянные предостережения не касаться политики, которая подобна игре с огнём. Я прошу прощения у всех, кому пришлось пережить давление, страх, обыски, пытки лишь из-за знакомства со мной. У тех, по отношению к кому я поступил неправильно или эгоистично. У тех, кому пришлось уехать из страны из-за вероятности попасть под каток репрессий. Кто-то, может быть, хотел бы видеть во мне святого, а кто-то хочет выставить меня злодеем. Я не являюсь ни тем, ни другим. Я принципиально не хочу принимать чью-либо сторону в конфликтах, основанных скорее на личной неприязни, и уж тем более я не хочу отвечать взаимностью на грязь, тем самым сводя счёты на основе обид и разочарований. К тому же моя откровенность в данных условиях и обстоятельствах вряд ли сможет стать поводом для торжества справедливости.

Мне хотелось бы верить в то, что каждый бросивший камень сам безгрешен, но, увы, это не так. Я не хотел и не хочу, чтобы меня считали мучеником или героем. На самом деле я неоднократно проявлял слабость, когда не выдержал давления и пыток (хотя кого-то пытали сильнее и жёстче), когда поддавался страху и отчаянию. Не нужно жалеть меня, потому что я считаюсь политзэком. Я знал, что со мной может произойти, называя себя анархистом, тем самым противопоставляя себя сложившимся правилам системы. Я знал, что мою жизнь могут сломать в одночасье, но буду откровенен с вами: не думал, что это произойдёт настолько подло и жестоко. Я не считаю себя воином, но в то же время не являюсь сторонником рабского повиновения, когда нужно подставить вторую щеку, получив удар по первой. Когда зло наносит удар, нужно уметь дать ему отпор, нужно знать, как постоять за себя и за беззащитных людей. Стас Маркелов когда-то сказал: “Кроме нас самих, нам уже никто не поможет”. В правоте этих слов приходится убеждаться всё чаще.

Я искренне благодарю всех родных и близких, которые доверяют мне и принимают таким, какой я есть, не позволяя мне опускать руки. Я благодарю представителей разных сфер деятельности (учёные, кинематографы, художники, искусствоведы, галеристы, психологи, студенты, аспиранты, учителя, книготорговцы, политики, музыканты, мультипликаторы, общественные деятели и многие другие), которые объединились и, в частности, выступают против репрессий и жестокости, тем самым демонстрируя силу гражданского общества. Спасибо адвокатам, правозащитникам и журналистам за соучастие и присутствие на судебных заседаниях, где и сегодня продолжается борьба за справедливость, несмотря на реалии, которые всё чаще разбивают надежды. Спасибо всем общественным, социальным организациям, проектам и объединениям (“ОВД-Инфо”, “Мемориал”, “РосУзник”, “Общественный вердикт”, RUPRESSION и многие другие), которые вносят огромный вклад в развитие общественной взаимопомощи.

Также считаю немаловажным поблагодарить отдельных сотрудников конвоя и УФСИН, которые в гнетущих условиях сохраняют человеческое отношение к людям, не поддаваясь предрассудкам. Огромное спасибо источникам солидарности из самых разных, многих уголков мира. Вы все в очередной раз подтверждаете, что у солидарности нет границ и, несмотря на то, что мы находимся далеко друг от друга, наши сердца бьются в унисон. Благодарю гражданских активистов, товарищей, солидарных людей из самых разных городов за письма, открытки, акции, митинги, забастовки в поддержку политзаключённых.

Спасибо за вашу силу и стремление. Во многом каждый/ая из вас является причиной моей преданности идеалам, в которые я непоколебимо продолжаю верить. И если есть тот, кто ещё верит в искренность моих слов, то знайте: я хочу, чтобы вы продолжали помогать друг другу, невзирая на жестокость Левиафана, продолжали верить в людей, несмотря на интриганство, паранойю и пессимизм, продолжали помнить о том, что никакие режимы не имеют права отбирать у людей свободу, и продолжали придерживаться принципов, фундаментом которых являются любовь и добро.

“В единстве наша сила”. Эти слова являются ответом на вопрос: “Что же нам делать?” Споры должны решаться за общим столом, а не в интернете. Умение прислушиваться к другой точке зрения и признавать свои ошибки может принести куда большую пользу, чем слепая принципиальность. Нас должны объединять не только общие беды, но и общие стремления к достойной свободной жизни. Взаимопомощь и солидарность должны стать главным фактором самозащиты. Когда вместе мы станем похожи на крепко сжатый кулак, именно тогда мы победим, перестав быть униженными, запуганными и неуслышанными.

Тюрьма никак не повлияла на мои взгляды, она лишь закрепила их, дав время для внутренних рассуждений, анализа происходящего и изучения литературы, которая дала ответы на многие вопросы. То, что нас не убивает, делает нас сильнее. Время расставит все точки над “i”. Но я надеюсь, что мне удалось внести хотя бы минимальный вклад в победу добра, любви и свободы. Будущее вынесет свой вердикт, который должен быть справедливым.

В контексте сегодняшней неутешительной реальности в стране я считаю необходимым открыто сообщить всем вам о том, что я ценю свою жизнь и ни при каких обстоятельствах не собираюсь расставаться с ней. Я люблю своих родных и близких и не хочу приносить им боль. Я люблю свободу, и неважно, сколько ещё мне придётся её ждать.

источник